Европейская автомобильная отрасль переживает масштабный спад: продажи остаются ниже допандемийного уровня, долю рынка подбирают китайские производители, а дорогие займы оборачиваются падением прибылей и котировок. В такой ситуации некоторые концерны начинают перераспределять мощности в сторону оборонки — от производства дронов до компонентов противоракетной защиты.
От легковых автомобилей к дронам и компонентам ПВО
Renault объявила о разработке наземного дрона, который может применяться как в военных, так и в гражданских задачах. Ранее компания заключила партнёрство с оборонной группой Turgis Gaillard для сборки аэродронов во Франции. Параллельно Volkswagen ведёт переговоры с израильской Rafael о возможном перенастрое завода в Оснабрюке на выпуск деталей для системы противоракетной обороны «Железный купол».
Такие шаги аналитики уже охарактеризовали как «anything but autos» — стратегию ухода от массового выпуска автомобилей в пользу более прибыльных ниш. Причины понятны: продажи новых машин в ЕС упали, тогда как китайский производитель BYD увеличил поставки в Европу на 175% в годовом выражении — до 13 982 автомобилей в январе, по данным ACEA. Рыночный настрой отражается и в котировках: индекс STOXX Europe 600 Automobiles рухнул примерно на 30% за пять лет, акции Volkswagen и Stellantis просели более чем на 60% и 58% соответственно.
Возможности и ограничители трансформации
Переквалификация заводов выглядит логичной: обе отрасли требуют высокоточного производства, комплексных цепочек поставок и инженерных компетенций. Эксперты указывают, что исторически автопроизводители уже переходили на выпуск военной техники во времена военных конфликтов — навыки налицо, и часть оборудования можно адаптировать.
При этом реализовать полноценный переход нелегко. Профсоюз IG Metall предупреждает, что массовый перевод рабочих из автомобилестроения в оборонку нереалистичен: производство оборонной техники — это, как правило, мелкосерийный цикл, тогда как автопром ориентирован на массовое производство. Даже при расширении оборонных заказов рабочие процессы и масштабы останутся разными, и это не компенсирует всех предстоящих потерь рабочих мест.
Этический и политический контекст добавляет сложности. Возможные связи автопроизводителей с оборонными компаниями могут вызвать общественные дискуссии и политические риски. Часть работников при выборе между лояльностью к работодателю и этическими сомнениями может предпочесть сохранить рабочее место: для многих доход — первоочередной фактор.
Ещё один фактор — масштаб спроса. После агрессии России против Украины Европа действительно объявила «эру перевооружения»: лидеры ЕС предполагают мобилизовать сотни миллиардов евро на усиление обороноспособности и локализацию производства. Для оборонки это шанс быстро нарастить выпуск, но не все автозаводы смогут или захотят полностью переориентироваться.
Вывод складывается такой: частичная миграция мощностей в оборонный сектор уже началась и способна смягчить финансовое давление для отдельных заводов и регионов. Но полномасштабного превращения крупнейших автоконцернов в производителей вооружений ожидать не стоит — скорее пойдут выборочные и тактические шаги в тех нишах, где перенос технологий и цепочек поставок наиболее естественен.
