Ожидавшееся в марте смягчение монетарной политики Банка Англии оказалось под вопросом после эскалации конфликта на Ближнем Востоке. Атаки США и Израиля по объектам в Иране и связанные с этим перебои в поставках нефти и газа резко повысили неопределённость на мировых рынках, поставив под сомнение возможность снижения ключевой ставки на заседании 19 марта.
Почему март стал маловероятным для снижения ставок
До начала боевых действий большинство экономистов прогнозировали, что Комитет по монетарной политике (MPC) примет решение о снижении ставки — она сейчас составляет 3,75% — чтобы поддержать экономический рост на фоне замедления и ослабления рынка труда. Однако нарушение поставок энергоносителей и фактическая перекрытость морского коридора через Ормузский пролив изменили картину.
Атаки повредили инфраструктуру нефтегазового сектора и спровоцировали рост цен на энергоносители. «Снижение ставок возможно в первой половине 2026 года, но март исключён, а апрель потребует явного успокоения геополитической напряжённости», — отмечает Аллан Монкс, главный экономист по Великобритании в JPMorgan. UBS также полагает, что в условиях высокой неопределённости MPC, вероятно, предпочтёт не принимать поспешных решений в марте и дождаться большей ясности.
Последствия для инфляции, домохозяйств и политики
Великобритания чувствительна к колебаниям цен на энергию: по данным за 2025 год, страна импортирует около 40% своей нефти и до 60% природного газа. Рост оптовых цен на газ быстро отражается на ценах для потребителей, поэтому риторика и действия Банка Англии зависят теперь не только от внутренних показателей, но и от того, насколько продолжительным окажется энергетический шок.
Инфляция в стране уже снижалась: в январе темп годовых ценовых изменений упал до 3% с 3,4% месяцем ранее, что вселяло надежду на возвращение к целевому 2%. Но новые скачки цен на энергоносители могут привести к повторному росту инфляционных ожиданий. Монкс предупреждает, что Банк Англии «испытывает последствия» более стойкой инфляции по сравнению с другими экономиками и особенно уязвим из‑за зависимости от природного газа.
Правительство заявило, что следит за ситуацией и будет предпринимать шаги для защиты энергетической безопасности, но также подчеркнуло, что «цена нефти и газа определяется международными рынками; мы — ценоприёмники, а не ценотворцы». Действующий тарифный потолок на энергокоммунальные услуги должен защищать домохозяйства до начала июля; после этого — если оптовые цены останутся высокими — счёт за коммуналку может вырасти.
К чему готовиться рынкам и потребителям
Экономисты теперь всё чаще говорят о переносе ожидаемых снижений ставок: UBS перенёс свои прогнозы с марта и июня на апрель и июль. Но аналитики подчёркивают значительные риски: дальнейшая эскалация в регионе может снова отложить послабления или потребовать более жёсткой реакции политики, если удар по предложениям энергоносителей окажется долгим и глубоким.
Для британских домохозяйств комбинация сохраняющейся слабости на рынке труда и роста цен на энергию означает, что давление на реальные доходы может усилиться. Для Банка Англии это означает дилемму: смягчать политику ради поддержки роста и занятости или сдерживать инфляцию, рискуя усилить давление на экономику в условиях рецессии риска.
Решение MPC 19 марта станет важным индикатором того, как британские власти и регуляторы будут реагировать на сочетание внутренних слабых сигналов и внешних энергетических шоков.
