Третья раунд переговоров между США и Ираном в Женеве не привёл к окончательному договору, но стороны согласились продолжить диалог. Иранский министр иностранных дел Сейед Аббас Арагчи охарактеризовал встречи как «самые интенсивные до сих пор», отметив, что достигнуты дополнительные подвижки и намечена более детальная проработка ключевых вопросов.
Ключевые разногласия и требования
В центре переговоров остаётся ядерная программа Ирана и требование США поставить её развитие под жёсткий контроль. Представители Вашингтона настойчиво требовали от Тегерана уничтожить три основных объекта — Фордо, Натанц и Исфахан — и передать весь оставшийся обогащённый уран. Иранские делегации отвергли эти требования.
Ещё одним принципиальным пунктом стало требование США, чтобы любое соглашение не содержало «сроков действия» — то есть действовало бессрочно. Тегеран настаивает на своём праве на внутреннее обогащение урана, аргументируя это потребностями в энергетике.
Переговоры также затрагивали развитие баллистических ракет Ирана и его поддержку региональных вооружённых формирований. Вашингтон требует, чтобы Тегеран прекратил поддержку таких групп и подавление протестов внутри страны — вопросы, которые иранская сторона ставит в разрез с обсуждением ядерной темы.
Кто вёл переговоры и посредничество
С американской стороны встречу возглавляли спецпредставитель по Ближнему Востоку Стив Уиткофф и советник Белого дома Джаред Кушнер. Иранскую делегацию возглавил Сейед Аббас Арагчи. Оман выступил посредником: министр иностранных дел Бадр аль-Бусаиди сообщил о «значительном прогрессе» и намерении продолжить технико-дипломатические консультации на следующей неделе в Вене.
Аль-Бусаиди также направляется в Вашингтон для встреч с представителями администрации, включая вице-президента, чтобы согласовать дальнейшие шаги посредничества.
Эскалация и экономические последствия
На фоне переговоров в регионе сохраняется военное напряжение: США сосредоточили вблизи Ирана крупные силы, а президент Дональд Трамп предупреждал о «плохих последствиях», если Тегеран не пойдёт на соглашение. Адресованное Тегерану требование «никогда не производить ядерное оружие» остаётся камнем преткновения — американская сторона прямо просит услышать такие гарантии.
Аналитики предупреждают о риске военного столкновения, если дипломатия не приведёт к прорыву. Майкл Ханна из International Crisis Group отметил, что при отсутствии договорённости США могут оказаться втянутыми в конфликт с высокой степенью эскалации. Представители банков и трейдеры уже реагируют: фьючерсы на нефть марки WTI и Brent незначительно снизились, однако эксперты предупреждают о возможности резких скачков цены при реальной эскалации.
Варрен Паттерсон из ING допускает, что «точечные и краткие» удары, не затрагивающие энергоинфраструктуру, вызвали бы кратковременный всплеск цен, тогда как более длительные боевые действия и жёсткая ответная реакция Ирана приведут к длительному повышению котировок из‑за рисков поставок. Некоторые специалисты, в том числе Хелима Крофт из RBC, считают, что нулевые требования по обогащению фактически означают неизбежное военное столкновение.
Продолжение переговоров на следующей неделе в Вене будет ключевым для оценки рисков — как геополитических, так и для мировых рынков сырья. Пока же стороны готовятся к более детальной работе над техническими аспектами, не снимая с повестки фундаментальных разногласий.
