Год назад в Розовом саду Белого дома были объявлены масштабные импортные пошлины, и последовавшая за этим волна неопределённости продолжает менять повседневную экономику компаний. Некоторые сектора сумели адаптироваться — другие по-прежнему считают убытки, перенастраивая цепочки поставок и повышая цены для потребителей.
Что произошло и как изменился порядок игры
2 апреля 2025 года президент ввёл пошлины по странам и базовую ставку 10% для неуказанных государств. Политика то ужесточалась, то смягчалась: сделки и отказы от крайних мер сопровождали первые месяцы. В феврале 2026 года Верховный суд признал неконституционными пошлины, введённые по IEEPA, но в тот же день администрация объявила «глобальную» ставку 10% по другому закону — с последующим анонсом повышения до 15%. При этом тарифы по национальной безопасности (Section 232) на сталь, алюминий и полупроводники остаются в силе.
Эксперты отмечают, что компании не просто платили новые сборы: 80–85% издержек остались внутри цепочек — бизнесы либо сжимали маржу, либо повышали цены для покупателей, либо применяли комбинированный подход. Массовый вывоз запасов в начале 2025 года даже привёл к росту импорта в целом за год.
Ритейл: крупные игроки в выигрыше, мелкие — в пролёте
Ритейл пострадал сильнее многих отраслей. Крупные сети с диверсифицированными потоками поставок и мощью переговоров, как Walmart, сумели удержаться на плаву, в то время как мелкие магазины столкнулись с серьёзными трудностями. Ритейлеры ускорили расстановку «страховочных» поставок: задача — не зависеть более чем на 10% от одной страны. Home Depot, например, ставит цель ограничить любую иностранную страну 10% от закупок; более половины ассортимента компания производит в США.
Ритейлеры повысили цены на отдельные позиции — Walmart, Best Buy и Macy’s объявляли о коррекциях прайс-листов — и одновременно искали способы компенсировать удорожание.
Автопром: миллиарды потерь и перестройка цепочек
Автопроизводители относятся к числу наиболее пострадавших. Toyota оценила эффект в 1,4 трлн иен (около $9,5 млрд) за год; американские гиганты GM, Ford и Stellantis суммарно потеряли около $6 млрд. Часть ущерба снизили за счёт «де-стэкинга» пошлин, чтобы не дублировать сборы на запчасти и готовые автомобили. GM сообщил о фактических тарифных расходах в $3,1 млрд в 2025 году — ниже первоначальных прогнозов.
Автокомпании перенастраивают цепочки и наращивают локальное производство, некоторые международные бренды планируют увеличить экспорт из США в ответ на новые правила.
Потребительские товары: сырьё не перепрячешь
Компании, зависящие от импортируемых сырьевых материалов, оказались в уязвимом положении. Производителям бумаги, упаковки и пряностей не всегда под силу быстро сменить поставщиков. McCormick изначально оценивала ущерб в $70 млн, но сумела сократить его до $20 млн за счёт экономии и переориентации поставок. Procter & Gamble связал около $1 млрд ежегодного воздействия тарифов и пришлось повышать цены на четверть своих товаров.
Некоторые, однако, предпочли взять удар на себя: J.M. Smucker отказался повышать цены на фасованое кофе и поглотил $75 млн убытков, ссылаясь частично на исключения для зелёного кофе.
Фарма: сделки, инвестиции и исключения
Фармацевтика выступила в ином ключе. Более десятка крупных компаний подписали соглашения о снижении цен и получили трёхгодичные исключения от тарифов при условии инвестиций в американское производство. Администрация пообещала 100%-ную пошлину на брендовые лекарства компаний, которые отказались от сделок, но предусмотрела ступенчатые тарифы и пути для исключений.
Позиции отрасли изменились и без сделок: AbbVie анонсировала более $10 млрд инвестиций в производство в США, Johnson & Johnson — свыше $55 млрд на заводы и возможности в стране.
В итоге год тарифов не привёл к мгновенной перезагрузке мировой торговли, но он заставил компании по-новому ценить гибкость цепочек поставок и планировать инвестиции с расчётом на долгую нестабильность.
